Как родился Гришка-зуз?

Так до сих пор и не понять, во сколько точно начались роды. Это была 41-я неделя, и, поэтому Наташе надо было «сдаваться» медикам для того, чтобы они подтвердили, что на таком позднем сроке все идет нормально.

Одним днем ранее. Наташа уже хочет родить

Так мы и приехали в во вторник, 11 сентября 2012 года в обеденное время, в роддом на Космической на осмотр. Все прошло быстро и Наташе сказали, что если она не родит до пятницы этой же недели, ей надо будет снова показаться врачам. Нас отпустили, но, как оказалось, ненадолго.

Натаха рвалась в бой, и сразу после осмотра, даже не пообедав, собралась идти на «Мамушку» - курсы для беременных, которые прошли основной курс, но все еще не родили. Уже тогда мне стало понятно, что в этот день мыслит она как-то не так, как обычно: не поесть раз в 1-2 часа значило для нее то, что зуз просто-напросто нажмет кнопочку в у себя животике для того, чтобы пообедать, а мама падает после этого в обморок.

Пришлось ее убедить в том, что надо все-таки заехать домой и пообедать. Там я ее и оставил, а сам пошел на работу. Мы договорились о том, что в конце рабочего дня Наташа зайдет за мной и мы вместе пойдем домой.

Где-то в 16:30 Наташа позвонила и сказала, что уже может зайти за мной на работу и мы можем пойти домой раньше. Пользуясь льготами будущего отца на работе, я согласился.

И вот, приходит она ко мне и говорит, что немного тянет поясницу, и еще в туалет хочется. Сходили мы в туалет, и, наконец, выбрались из офиса.

На чем поедем домой?  На трамвае? – спросила Наташа, и тут ее как схватило, что пришлось остановиться. Для меня ответ на этот вопрос был уже очевиден, и я начал высматривать такси рядом, но прошло секунд 10 и Наташа говорит  - На трамвае, на трамвае.

Стало ясно понятно, что слушать ее мнения в этом вопросе было бесмыссленно. Когда мы шли к стоянке такси, в перерывах между схватками, Наташа говорила, что ей хорошо и что она, в принципе, может сейчас даже танцевать (рядом откуда-то громко играла музыка). Но природу не обманешь, и с каждой схваткой ее оптимизм в плане танцев снижался.

Минут через 5 мы уже были дома и у нас не было сомнения, что вот, наконец, началось. Причем началось так интенсивно, что было даже удивительно. Мы сразу вспомнили, что с сильными схватками может помочь ванная\душ и отправили туда Натаху. В лучших традициях она там голосела, пела и о чем-то разговаривала сама с собой.

Ну, а тут, вдруг, кто-то настойчиво стучит в дверь. Конечно, совсем не до того, чтобы выяснять кто это и что он хочет. Однако стук не прекращался (я в очередной раз подумал, что мы кого-то снизу заливаем) и я открыл дверь. А там – бабушка с соседнего этажа: – Платите за уборку подъезда 10 грн! – говорит она в приоткрытую дверь. А Натаха в то же время не прекращает свой вой, и этот звук уже явно начинает расходиться за пределы квартиры – особенно через открытую дверь. Бабушка пытается заглянуть мне через плечо внутрь и понять, что там происходит. А я смотрю в кошелек и вижу, что там самая мелкая купюра – 20 грн. – У меня нет сдачи – говорит она, явно пытаясь затянуть время, чтобы получше расслышать что же там за вой в середине квартиры. – Это и за следующий месяц – сказал ей я и попрощался, быстро закрыв дверь.

Душ оказался очень эффективным и Наташа не хотела оттуда вылазить. Я тем временем решил предупредить Марину – нашего партнера в родах – о том, что у нас явно все началось, и, что интересно, в теории напоминает разгар активной фазы  - и это через 30 минут после начала активных схваток! Марина правильно решила, что вряд ли мы так быстро продвигаемся и пообещала перезвонить  в роддом, в который мы изначально собирались ехать для того, чтобы узнать кто там на дежурной смене, а уже потом решить о том, что мы делаем.

Я положил трубку, посмотрел еще раз на Наташу и на то, как ее «уносит» во время схваток, решил еще быстрее собирать вещи, потому что фактически мы были уже где-то далеко за пределами латентной фазы.

Через несколько минут перезвонила Марина и мы единогласно решили, что надо ехать «в космос»: там и врач, который видел сегодня Наташу и более высокая общая подготовка персонала и вообще как-то с нами все непонятно.

Итак, стонущая Натаха и вещи стоят возле входа, и мы готовы к выезду! Я сразу вспомнил о том, что когда-то Наташа шутила по поводу того, что если нам придется ехать в роддом в активной фазе и она будет ехать на заднем сиденьи на четвереньках для того, чтобы не развивать события быстрее, чем мы доедем до роддома, то я все равно заставлю ее пристегнуться.

Но в реальной ситуации, это, естественно, глупости и мы выехали в роддом не пристегивая Наташу. Если бы задние окна в нашей машине были не затонированы, то другим участникам движения в тот момент была бы видна девушка, которая едет на четвереньках на заднем сидении и время от времени широко открывает рот – те, кто не рожал вот так вот, точно бы испугались!

Самым показательным для меня на приемном покое было то, что когда мы приехали, дежурная акушерка сказала «Так, наверху все заполним. Берите свои вещи и поднимайтесь!». Тут стало понятно, что мы были на месте точно вовремя.

И как же было здорово встретить в этот момент там же, на приемнике, другого инструктора Аиста – Таню, слова поддержки которой и массаж поясницы для Наташи, пока я искал ее шлепки и халат, нас здорово поддержали и вселили еще больше уверенности в том, что все будет здорово.

Мы сели в лифт для того, чтобы подняться в родильное отделение, и, несмотря на то, что это был современный лифт, для управления которым не нужно «прав», в нем все равно стояла тумбочка и стульчик лифтерши, которая подняла нас наверх.

Судя по реакции на наше появление в отделении, они нас не ждали именно в таком состояни, но быстро направили в один из родзалов куда в течение пары минут подтянули все необходимое оборудование и людей.

Быстрый осмотр показал, что мы приехали на открытии в 8 см (!) и находимся почти в переходной фазе, до которой еще полчасика схваток или что-то вроде этого.

Что меня приятно удивило, так это то, что после того, как я сказал, что мы будем собирать пуповинную кровь, персонал сам взял контейнер, распечатал содержимое и приготовил – это было здорово в положении, когда ты только что залетел в род-зал с кучей пакетов и сумок и сориентироваться в том, что делать в первую очередь было тяжело.

А то, чего я совсем не ожидал – это того, что ни один человек из медперсонала ни разу за все время не сказал мне отойти, подвинуться или не путаться под ногами – я был полноценным участником процесса и мог находиться там, где хочу! Естественно, в разумных пределах и не создавая помех врачам.

Так мы и провели еще около часа работая над тем, чтобы перетерпеть схватки. Находиться рядом было полезно: всегда можно было подать Натахе водички, подержать за руку, поцеловать и сказать что-то. В это же время к нам приехела Марина – она помогала Наташе правильно дышать, поддерживала ее и просто была рядом.

Поскольку мы в роддоме появились слишком быстро, родильный зал Аиста еще не подготовили и нас сразу направили в первый свободный. А как раз к тому времени, когда у Наташи начинался потужной период, можно было переезжать. Ей сказали встать и идти, и она пошла. Пошла по коридору с широко раздвинутыми ногами, на что врач ей сказал: «Наташа, не бойся, он не родится прямо сейчас. Иди нормально!». Ну, а я за ней с нашей огромной кучей пакетов, из которых все выпадало на ходу J

Как раз после переезда у Наташи начался потужной период. Она попробовала постоять, посидеть, держась за лесенку. В это время врач регулярно измерял сердцебиение ребенка, и, что интересно, частото почти всегда находилась на уровне 140 ударов в минуту. Получается, что Гришка совсем не волновался в то время, когда рождался.

Когда стало ясно, что радостный момент совсем близко, Наташе предложили лечь на кровать на бок и тужиться в таком положении. Здесь начался самый трудозатратный период родов: работать надо было всем: кто-то держал одну ногу, кто-то вторую, а кто-то помогал Наташе согнуться во время потуги вперед.

В это время я наблюдал за ней и представлял, как ей тяжело. Совершать такую физическую работу и правильно дышать получалось не всегда. Но мы продвигались очень хорошо, и, минут через 20, Гришка появился на свет.

Появился, и сразу отправился на осмотр к неонатологу, а в это время врачи собирали пуповинную кровь и занимались Наташей. Ну, а я впервые увидел этого зуза и сразу понял – мой сын! Даже такой опухший, уставший и в каких-то какашках – все равной мой!

Потом Гришку положили на маму, и она, конечно, была очень рада, но, кажется, еще не осознавала, что зуз, который жил у нее в животе 9 месяцев, наконец, выбрался.

Попробуй, найди на фото зуза

С того времени, как мы поняли, что начались роды и до самого конца, прошло что-то около 4 часов. Гришка лежал на Наташе, кряхтя и ворочая головой, я заполнял последние документы для пуповинной крови, раздавал шоколадки медперсоналу, который был с нами и просто смотрел на нашего зуза.

За ночь после родов я лично поспал что-то около 1.5 часов, но это было даже как-то приятно, потому что сначала мы просто не могли уснуть от эмоций, а потом время от времени просыпались, смотрели на Гришку, умилялись тому, какой он хороший и опять не могли заснуть.

«Роды с Аистом» – это здорово! Мы думали лишь о том, как нам правильно родить а не том, как все это организовать и с кем договориться. На всех этапах у нас была прямая связь с Мариной, которая отвечала на все вопросы и направляла нас. Отношение медперсонала к ребятам из Аиста – самое положительное. Это, в основном, подготовленные родители, которые знают, зачем они здесь и что надо делать. И Наташа сейчас говорит о том, что ей было здорово потому, что она могла думать только о процессе, а ни о чем другом.